Царицын

ЦАРИЦЫН, уездный город Саратовской губернии, лежит под 48°,42' северн. шир. и 62°,11' вост. долг, от меридиана ферро (14°, 12' вост. долг, от Пулкова), на прав, берегу р. Волги, в 3721/2 верстах от г. Саратова по почтовому тракту (Волга 1862 г., изд. общества Самолет — показано 366 верст) и в 186 верстах почтовым же трактом от г. Камышина. По сведениям 1862-65 гг., от Царицына считалось сухим путем: до Петербурга — 1667 верст и до Москвы — 994 верст; Волгою же: от Твери — 2486 верст, от Нижнего Новгорода — 1378, Саратова — 403, Камышина — 184, Черного Яра —124 и Астрахани — 457 верст. Город стоит на возвышенности, сажен на 20 над Волгою, и перерезан, разделяющим его на две части, оврагом, по дну которого течет речка Царица, впадающая здесь же в Волгу, выше устья которой расположен город, ниже его казачья слобода, за которой тянется ряд построек Волго-Донской железной дороги. Царицын окружен песками — началом степного пространства, лежащего по обеим берегам Волги и идущего до Астрахани; окрестности города безлесны и унылы; недалеко к югу начинаются степные кочевья калмыков, которых кибитки (юрты) стояли за городом, где в то же время бродили волы чумаков, перевозивших до устройства железных дорог, товары на Дон и оттуда возвращавшихся с антрацитом; грузы доставлялись тогда (1861 г.) в Царицын Волгою с Нижегородской ярмарки и затем шли на чумацких фурах на Дон, а также в Ставрополь на Кавказ (Волга, Боголюбова, 1862 г.(«Волга от Твери до Астрахани» изд. об-ва «Самолет». С.-Петербург, 1862 г. — Текст это книги составлен Н. П. Боголюбовым; литографии же и политипажи сделаны по рисункам брага автора, известного профессора А П. Боголюбова «основателя Радищевскего музея в Саратове». — Прим. А М.), Кучин в 1865 г, (Путеводитель по Волге, 1865 г.) говорит, что г. Царицын разделяется на две части речкою Царицею, или лучше сказать оврагом, по дну которого протекает эта речка; в полую воду овраг бывает полон воды и через него переезжают на лодках, в межень же он высыхает. По одну сторону речки Царицы (выше) лежит старая часть города, по другую — новая. Первая, вокруг которой виднеются остатки вала, когда-то окружавшего город, отжила свое время и начала дряхлеть; все там веет стариной, на всем лежит ее неизгладимый отпечаток — старые церкви, старые, уже пустые, корпуса лавок и старые дома. Новая часть города, с пароходными пристанями, со станцией железной дороги (Волго-Донской), возникает вследствие развивающейся торговой деятельности; здесь на каждом шагу строятся новые дома, беспрестанно попадаются лавки и лавочки, есть несколько гостиниц, а о кабаках и говорить ничего, всюду развеваются их красивые и пестрые флаги. Пароход пристает у самого того места, где находится станция Волго-Донской железной дороги; тут, кроме дебаркадера, целый ряд деревянных, вычурно изукрашенных домов, построенных для служащих при железной дороге; здесь же есть гостиница, овощная лавка и ренсковой погреб. Во время прибытия парохода, на берегу стоят обыкновенно 2-3 импровизированных извозчика, на каких-то длинных уродливых экипажах, но они редко имеют пассажиров, потому что ехать в город незачем, кроме того случая, когда приезжает кто-нибудь собственно в Царицын. В путевых заметках 1868 г. («Поездка в Пятигорск», 1868 г., рукопись А. Н. Минх) значится (13 мая), что от посада Дубовки Волгою до Царицына 52 версты, что при быстром беге парохода, вниз по реке, составит не более 2 часов пути. Местность к Царицыну принимает степной характер; не доходя несколько верст до города, отделяется влево Ахтуба; по Волге попадается множество рыбачьих лодок и рыболовов. Город — на плоской возвышенности прав, берега; сперва показываются небольшие деревянные строения, потом виднеются остатки земляного вала и рва, идущие к Волге — это прежняя крепость; затем идет город, разделенный на 2 части речкой Царицей, через которую, в настоящее время (1868 г.), строится деревянный мост с дамбами. В конце Царицына виднеется готическое кирпичное здание для паровозов и проч. Волго-Донской железной дороги; тут же деревянный небольшой вокзал с крытой платформой дебаркадера. У самого вокзала пристань Самолетской пароходной компании. Берег завален разным хламом, тут груды антрацита, там бревна и дрова, несколько переводных рельс, на которых стоят местами вагоны и платформы. Против вокзала и южнее, противоположный левый низкий берег Волги окаймлен лесом; к правому же, довольно пологому и невысокому берегу, около вокзала, приткнулось несколько барок. Берег этот не чист; до города далеко. По реке заметны еще несущиеся остатки верхового льда — в виде пены. Волга за Царицыном загибает влево. От дебаркадера поезд на Калач, более версты, идет самым берегом Волги. Ф. М. Преображенский (Саратовский сборник статист. комитета, 1881 г. С. 315) указывает, что речка Царица разделяет город на 2 части — на старый и новый; этот последний получил начало с 1728 г. после пожара в старом городе. Нынешний город далеко раскинулся за пределы прежней Царицынской крепостцы и образовал форштаты: Зацарицынский (или новый город), Преображенский и Бутырский. Волга почти по всему протяжению города, образует крутой берег, с которого открывается прекрасный вид на противоположную сторону реки, особенно во время розлива, который здесь сливается с Ахтубою и бывает от 25 до 30 верст; ширина Волги здесь в обыкновенную воду до 2 верст, а глубина до 3 сажен. Речка Царица более живописна за пределами города, но и в пределах его роскошные сады сообщают ей картинность. Нагорный берег Волги, на котором стоит Царицын, также как и Камышинская местность, отличается грустным маложизненным характером равнины, разнообразимой только берегами р. Царицы. В древние же времена, как говорят старожилы, эта местность имела леса и еще несколько десятков лет тому назад видны были там пни огромных дубов, которых остатки дотлевали на глазах нынешнего поколения. Монастырский, в 1884 г.. говорит («Спутник по Волге»), что Царицын походит скорее на большое село, к которому пристроились несколько деревень; издали он представляется каким-то азиатским селением, громадным, но серым и смотря по сезону, грязным или пыльным; площади и улицы немощеные; по ночам освещаются только некоторые из них, да и то так скудно, что обыватели и до сих пор не бросили привычки ходить по ночам с фонарями в руках. В особенности резко бросается в глаза полное невнимание города к набережной, которая, имея глинистую почву, пронизанную ключами, осыпается целыми глыбами и опрокидывает, гнездящиеся на ней мазанки и лачужки. Глыбы эти, сказываясь в Волгу, задерживаются у пристани целой вереницей слоящих здесь судов, отчего берег у пристани мелеет. В Царицыне считается (в 1884 г.) домов; каменных — 60, деревянных до 2950, лавок каменных — 61, деревянных — 300. В это число не входит множество землянок и хибарок, жилищ бедноты, ютящихся и в центре города, и на отдаленных его окраинах, на косогорах и на дне оврагов. Резкий контраст с этими жилищами бедняков представляют собою громадные каменные дома, построенные в последние 3 года: главная площадь, расположенная между пристанью и Грязе-Царицынским вокзалом железной дороги, почти вся окружена каменными постройками, из которых особенно выделяются 2 дома купцов Божеского и Воронина, занятые гостиницами и магазинами; громадная вывеска у дома Божеского гласит: «Славянский Базар — Grand-Hotel». С закатом солнца, царицынцы сплошными массами устремляются в «Конкордию» — небольшой садишко, приютившийся на берегу речки Царицы. В Конкордии, кроме буфета имеется летний театр, где местною труппою даются оперетки. Прогуливаясь по саду, нельзя не заметить преобладание здесь прекрасного пола, отчего в Конкордии все чинно и благопристойно, скандалов — никаких. Царицынские барышни вообще довольно миловидны, одеваются скромно (платья преимущественно из сарпинки); вне гулянья они предпочитают малороссийский костюм, который к ним очень идет. Здешний театр представляет много особенностей: спектакли начинаются около 10 часов, затем — персонал труппы состоит почти исключительно из девушек очень молоденьких и обладающих привлекательною наружностью, но совершенно неопытных в актерском деле, — антрепренер при этом не остается в накладе. Репертуар не отличается разнообразием: больше всего даются «Фауст на изнанку», «Прекрасная Елена» и т. п., но нужно видеть с каким удовольствием царицынцы присутствуют на спектаклях: порой эти увлечения доходят до того, что все зрители начинают подпевать актерам.

Название Царицына произошло от речки Царицы (см. это слово). Народные легенды о происхождении этого имени приведены нами в описании речки Царицы (Рук. 1840 г. Протоиерея П. Лугарева. — Прим. А.М.), но есть др. толкование названия нынешнего города: Шеффеддин, летописец XVI в., говорит, что здесь стоял татарский г. Саричин (желтый песок); по сказаниям других — это был Болгарский городок, разрушенный задолго до покорения Астрахани Иоанном Грозным и основания русского Царицына. Есть предание, что в 1360 г. жил здесь, с кочевавшей татарской ордой, Батый и что на том месте, где теперь церковь Иоанна Крестителя, был его ханский дворец. (В 1395 г. Тамерлан разорил Кипчакское царство, а в 1502 г. Золотая Орда окончательно разрушена Крымским ханом Менгли-Гиреем. В 1556 г. уничтожено татарское Астраханское царство и низовья Волги присоединены к России. — Прим. А.М.) А.М. Фадеев (саратовский губернатор 1841—46 гг.) полагает, что Царицын назван Иоанном Грозным, поставившим здесь крепостцу в 1556 г., (См. ниже: Дополнения — «История о городе Царицыне», рук. 1840 года Протоиерея П. Лугарева. — Прим. А.М.) в честь своей супруги Анастасии. В книге «Большого чертежа» говорится, что «р. Царица пала в Волгу против Царицына острова, а на острову стоял Царицын город». Историки относят основание Царицынской крепостцы или острожка на Царицыном или Сарпинском острове к 1556-1558 г., по приказанию Иоанна Грозного: это было укрепленное место для небольшого сторожевого отряда стрельцов, конных и пеших казаков, охранявших юго-восточную окраину Московского государства от набегов ордынцев и перехода Ногаев на правый берег Волги для соединения с Крымской ордой. Еще до покорения Астрахани, Ногайский князь Измаил, в 1555 г., указывал Грозному на переволоку (см. это слово), где Дон сближается с Волгою, служившею самым удобным путем перехода Ногайских мурз для набегов на русские окраины, совместно с крымцами, почему советовал царю поставить здесь 200 человек служилых людей стеречь, «чтобы враги не пришли водным путем», а также поставить здесь «город». В 1557 г. царь послал атамана Ляпуна Филимонова на Волжскую переволоку, которому было поручено стоять на Волге до осени. Христофор Борро, путешественник 1579-1581 гг. видел на Волге, в 7 верстах ниже переволоки, на острове Царицыне караул из 50 стрельцов, для защиты судового плавания от нападения татар и казаков. Под 1597 г. (Архив Мин. Юст., В. И. Холмогоров) говорится: «лета 7105 (1597) февраля в 20 день Государь Царь Федор Иванович указал как ему Государю своего дела и земсково беречи от крымсково царя и которым воеводам и головам велел Государь быть по украинным городом и на берегу». В перечисляемых городах сказано: «в новом городе на Царыцыне острове воеводы князь Иван, княжь Михаил сын Елецкой да Василий Борисов сын Сукин да голова Илья Степанов. (До постройки городов на Волге учреждены были постоянные сторожи, со станишными, позднее — стоялыми головами. — Прим. А.М.) Проф. Г. И. Перетяткович и Ф.Ф. Чекалин утверждают, что г. Царицын был основан в 1589 г. строителем г. Самары князем Григорием Осиповым Засекиным и Иваном Нащокиным, которыми «сделаны город и острог» на Царицынском или Сарпинском острове (см. Сарпинский остров), на котором он, как показывает С. А. Щеглов (Саратов. Губерн. Ведомости, 1894 г., № 22), простоял недолго и, вследствие сильных разливов Волги, перенесен на правый берег этой реки, к устью речки Царицы. В котором году состоялось это перенесение, никто из историков не говорит . (В изд. А.И. Фридрихсона «Весь Саратов и Царицын» 1902 г., без указания источников, говорится, что расстояние между Доном и Волгою, ок. Царицына, в Поволжье, благодаря притоку Дона — р. Карповки — доходило до 20 верст; на что обращено было особое внимание Московского правительства и для закрытия этого пути в 1558 г. последовал Царский указ о заложении на этом пути острога-крепости. Местом для последней была избрана находящаяся на луговой низменной стороне Волги татарская деревушка Сары-чин, верст на 5 ниже нынешнего Царицына, но оказалось в первую же весну, что разлившаяся Волга затопила все окрестности острога, почему, спустя 2 года, крепостца была перенесена па противоположный высокий берег реки, немного выше по течению, и сохранила за собою название татарской деревушки, переделанное впоследствии на — Царицын. Спустя 10 лет, в 1569 г. полчища турок и крымских татар, направлявшихся для завоевания Астрахани, завладели Царицынской крепостью, — но вскоре отступили обратно. В 1630 г. Царицынский острог разгромили калмыки. — Прим. А.М.) По книге Большого чертежа Царицын показан еще городом на острове, против впадения р. Царицы, (Карамзин полагает, что карта Большого чертежа составлена при Царе Федоре Иоанновиче (1588-1598 гг.), Лемберг же относит составление этой карты к 1599 году при Царе Борисе Годунове). По карте, составленной Исааком Маесою в 1609 г., Царицын показан на правом берегу Волги, также как и на карте Гесселя Герарда 1614 года. Голштинец Олеарий, плывя по Волге в 1636 г., говорит, что город Царицын (Zariza) лежит под 48°,23' сев. шир., в 350 верстах (Верста лишь со времен Петра Великого имеет 500 сажен, но в XVII в. она считалась в 700, а прежде того в 1000 сажен, но сажени были тогда меньше настоящих, почему полагают, что семисотая верста содержала на нынешнюю меру — от 600 до 650 сажен, а тысячная от 650 до 750 сажен. — Прим. А.М.) от г. Саратова и расположен на холме правого берега Волги; город в то время был невелик, построен в форме параллелограмма с 6 больверками и башнями, заселен одними стрельцами, которых живет в нем 400 человек: они обязаны держать стражу против татар, воровских казаков и служить охраной проезжающим мимо судам; хлеб они получали большею частью из Казани. Олеарий приложил вид Царицына к своему описанию. Леопольдов в «Историческом очерке Саратовского края» 1848 г., говорит, что построенная на прав, берегу Волги Царицынская крепость первоначально состояла из деревянного палисада с башнями, в которых устроены были бойницы; в каждой из них были наготове два воина с огнестрельным оружием. Высокий вал с глубоким рвом сделаны позже, в царствование Анны Иоанновны (1730-1740 гг.) полками Куринским и Навагинским, а палисад с башнями уничтожен. Остатки крепости и вала и теперь заметны отчасти при впадении речки Царицы в Волгу, над речкою Царицею и ок. Покровской церкви. Эти остатки, как над Царицей, так и около Покровской церкви, имеют протяжения приблизильно по 50 сажен каждый. Царицын часто подвергался нападениям Кубанских и Кумских татар и разных шаек вольницы. Казанский главный приказ заведовал делами бывших царств Казанского, Астраханского, Сибирского и всех городов Волжских (памятн. Рос. законод., стр. 36); Царицын находился в ведении этого приказа или «чети». Первым поселенцам Царицына была пожалована Иоанном IV грамота на землю: подлинная хранилась в Архиве Казанского приказа, а снимок с нее в Царицыне, но оба сгибли в пожарах. Земли царицынцев простирались к западу до р. Дона; к востоку за Волгою, они владели займищами и Сарпинским островом, а в степь «не было границы»; вверх по прав, берегу Волги, владения их простирались до речки Таловки и Гнилого Ерика; вниз — «до Заозерной поляны и Каменного Яра». В 1602 г. учреждена была Астраханская епархия, с подчинением ей церквей по Волге до г. Саратова; первым архиепископом был назначен Феодосий: он возвращаясь из Москвы, па пути в Царицын заболел и умер 18 декабря 1607 г. В том же 1602 г. воеводами в Царицыне были «Васалий Овцын да Андрей Шерефидинов». В 1606 г. бурлак Илейка объявил себя царевичем Петром и грабил по Волге (См. ниже «Дополнения»). В 1609 г. являются на Волге 3 самозванца: Август, Осиновик и Лавр. В 1630 — 1631 гг. гарнизон Царицына состоял из 350 человек; город управлялся одним воеводою и одним головою. В 1634 г. в степном Заволжье являются калмыки. В 1636 г. голштинец Олеарий проплыл Волгой в Астрахань и Персию, поместив в своем описании вид г. Царицына. В 1649 г. грабежи и нападения калмыков. В 1650 и 1651 гг. сильные грабежи воровских казаков на Волге. В 1655 и 1656 гг. существовали по Волге и в Царицыне «заставы» для бережения проезжих людей. 1658 г.: под этим годом в «Сборнике Императ. Русского Историч. Общества» — значится: «Макарий строитель Царицынского Богородичного монастыря». В 1659 г. человек 80 воровских казаков напали ночью, в Царицынских водах, в 170 верстах от Саратова, на соляной струг Московского купца Селиванова, шедший из Астрахани вверх к Саратову, били и пытали приказчика, жгли его на огне и ограбили судно. В это время подплыли сверху на двух стругах черкасы, ехавшие с Москвы в Астрахань: уздени Муртоза с товарищами; воровские казаки напали на них, завязался бой с черкасами и служилыми людьми, которые были у них в гребле и провожатых. Черкасов всех порубили, «животы» (имущество) же их казаки взяли, заставив рабочих людей нести награбленное с Волги на р. Иловлю (Историч. очер. г. Саратова, А. И. Шахматова 1891). Саратовский воевода Данила Хитров отправил в погоню за разбойниками 200 человек конных и пеших стрельцов; догнав казаков на р. Иловле, за день пути от Дона, стрельцы побили их, взяли двоих в плен, а другие ушли по Иловле. Пленники, с пытки и огня, показали, что они в числе 80 донцев грабили насады и струги, приказчиков били, мучили и жгли огнем; что главнй притон воровских казаков на р. Иловле, между казачьими городками Паньшиным и Иловлинским, в местечке, прозванном Рига, куда казаки свозили награбленное на Волге имущество. В 1664 г. освящена в г. Царицыне Иоанно-Предтеченская каменная церковь женского монастыря. построенного первыми насельниками г. Царицына; ок. церкви было несколько деревянных келий для монашек. (Волжско-Донской листок, 1891 г.). В 1669 г. проехал по Волге путешественник Стрюис. В 1670 г. напал на Царицын Стенька Разин. (См. ниже «Дополнения»)

Царицын в 1636 году, с рисунка Адама Олеария

Саратов и Царицын, первое время своего существования, имели значение исключительно сторожевых станций на Волге: различные акты XVII в. постоянно напоминают царицынским и саратовским воеводам, чтобы они при отправлении людей и лошадей из одного города в другой, имели крайнюю осторожность от Казыевских, Крымских, Едисанских, Енбулацких и Калмыцких людей и воров казаков или «иные какие воинские люди безвестно не пришли и никакого дурна не учинили». В то же время отправлялись из этих городов конные стрелецкие пятидесятники и сотники со служилыми людьми, и вожи проведывать про воров и Донских казаков в степях нагорной стороны Волги, согласно приказных грамот Казанского дворца. Воровские казаки производили здесь грабежи едва ли не чаще всех кочевников вместе. С утверждением казачества на Дону, со второй половины XVI в., партии казаков появились на Волге и с тех пор, под именем казаков Волжских, держались здесь постоянно, увеличиваясь беглыми холопами и всяким сбродом (см. «Разбои и клады низового Поволжья», рукопись А. Н. Минх, хранящ. в Импер. Русск. Геогр. Общ.). В 1661 г. ловят в Царицыне, куда проник в то время и раскол, черного дьякона Сильвестра, вместе с чернецом Иосифом и дьячком Алешкой, которые занимались списыванием для гулящих людей богоотступных писем. Многочисленные шайки вольницы, то бродили по степям, то рыскали на лодках по реке. Из исторических актов видно, что немалое время на Волге действовал знаменитый Ермак, впоследствии покоритель Сибири и другие атаманы; в период самозванцев, волжские казаки выставили своих претендентов: Августа, Осиновика, Лавра, Илейку, поддерживали Заруцкого, Марину и ее сына. Но страшнее всего были действия разбойника Стеньки Разина, собравшего огромное скопище разных бродяг и в течение 5 лет (1667—1671 гг.) злодействовавшего по Волге и Каспийскому морю. Весною 1670 г. Разин подступил к Царицыну; стрельцы, вместо того, чтобы защищаться, изменили, отворили ворота и впустили Разина в крепость. Стенька принялся злодействовать, утопил царицынского воеводу Тургенева и всех служилых людей, а имения их разграбил и поделил между своими сообщниками. Из Москвы были посланы стрельцы под начальством Ивана Лопатина: подойдя на лодках к Царицыну, они во время боя с казаками, перешли на сторону Разина; Лопатин был убит. Осенью того же года Стенька, разбитый под Симбирском, бежал в Царицын, где пробыл несколько дней и проехал на Дон в Кагальник; там весною 1671 г. схватили его и отправили на казнь в Москву.

В 1672 г. воеводой в Царицыне был Дмитрий Сущев. В 1673 г. калмыцкий хан Аюка вступил в подданство России. В 1680 г. были переведены в Царицын на житье Нижегородские стрельцы с женами и детьми. (Московск. гл. архив М. И. Д., л. 127; (25 февр. 1680 г). Царицын основан в 1589 г., впоследствии переведены в него на житье Нижегородские стрельцы, а в 1680 г. отправлены к ним из Нижнего Новгорода их жены и дети. — Прим. А.М.) В 1687 г. Волгой из Астрахани до Саратова проехал французский путешественник иезуит Филипп Авриль. В 1694 г., но повелению Петра Великого, для обеспечения юго-восточной окраины государства наточено ныло устроить от Царицына до Дона укрепленную линию на протяжении 60 верст, но приказание это было приведено в исполнение лишь с 1718 г. В 1697 г. был первый рекутский набор в Поволжье.

В 1703 и 1707 годах проехал Волгою путешественник Корнелий де-Бруин. составивший описание своего путешествия «через Московию». В 1708 г. грабежи Донских казаков Булавина и Некрасова. 7 июня 1708 г. 3000 Донских казаков из разных воровских городков перешли на Волгу и осадили г. Царицын; тамошний воевода Турчанин с 5000 жителями и одною ротою солдат, присланных из Астрахани, выдерживал долго приступы, но воры, забрав к себе с ограбленных судов много рабочих людей, завалили ров, зажгли деревянную стену крепости и взяли город. Воеводе Турчанину, после мучений, отсекли голову; убили подьячего, двоих стрельцов, но солдат и офицеров оставили на свободе. 20 июля, присланные из Астрахани, полки отняли Царицын у разбойников (Шахматов А.И. Исторические очерки г. Саратова и его округи. Саратов, 1891). (См. ниже «Дополнения». — Прим. А.М.) В том же 1708 г. 18 декабря, указом Петра Великого государство разделено на 8 губерний и Саратов с Астраханью причислены к Казанской губернии. В 1716 г., по указу Сената собрана из Царицына сотня лучших конных солдат, для образования князю Черкасскому отряда, предназначенного в Хивинский поход, которые все погибли с князем Черкасским (Князь Александр Бекович Черкасский отправился с экспедициею в Хиву в июле 1717 г. и там погиб вследствие своей неосторожности. — Прим. А.М.) в Хивинской экспедиции 1717 г. В 1717 г. приказано нынешнюю Саратовскую губернию, от Казанской, приписать ко вновь образованной Астраханской губернии, к которой она и принадлежала до 1780 г. — времени учреждения Саратовского наместничества. В 1717 году Кубанские и Азовские татары вторглись в пределы нынешней Саратовской губернии и в августе того же года Крымские и Кубанские татары, под предводительством Бахты-Гирея, с Некрасовым и его донскими казаками, напали на Царицын и разорили его предместья, причем сожгли церковь, запасы хлеба, много людей убили и взяли в плен, затем пошли на Саратов, Петровск и Пензу. (Голиков, «Деяния Петра Великого», т. IV). В 1718 г. Казанская губерния разделена, по приказанию Государя, на две: Казанскую и Астраханскую; 22 ноября 1718 г. Саратов и Царицын причислены к ведомству вновь учрежденной Астраханской губернии. В том же году была первая народная перепись Поволжья. В 1718 по 1720 г. проводится укрепленная линия между Царицыном и Доном: сооружен земляной вал с 4 крепостями и 25 форпостами; по линии протянута цепь регулярного войска, под командою генерала Тараканова, и вся сторожевая черта подчинена Царицынскому коменданту. (см. Царицынская сторожевая линия). В 1722 г. Петр I, с Императрицею Екатериною, плывя в Персидский или «низовый» поход, посетил г. Царицын, осмотрел крепость и город, слушал обедню в Троицкой церкви и сам читал апостол. Проходя живописными берегами речки Царицы, Государь сказал: «Так как речка эта называется Царицей, то жалует Государыне и Царицынскую крепость. (По Кучину («Путеводитель по Волге, 1865 г.) Петр Великий посетил Царицын на возвратном пути из Персидского похода, но Петр был оба раза в городе. Леопольдов (Исторический очерк Саратовского края, 1848 г.) так описывает посещение Царем города: «В Царицыне торжественно встретили Петра Великого. Там он на коне объехал крепость, слушал обедню в Троицкой церкви и сам читал апостол; после обедни ласково разговаривал с жителями о старине и настоящем быте их, и пожаловал эту крепость Царице. Возвращаясь из Персии и отпустивши экипаж сухим путем, Царь поплыл 13 декабря из Астрахани, опять на струге и думал доехать водою до Царицына, но не успел: Волга покрылась льдом; потому он прибыл в этот город сухим путем «Обьявляю Вам, писал Царь к генерал-адмиралу, что мы замерзли, не дошед до Царицына за 113 верст, в 15 день декабря, а сюда приехали 20 числа». Тогда в знак благоволения и на память жителям, Петр Великий оставил в Царицыне свой картуз и трость, кои до селе хранятся в градской Думе. 28 декабря Государь выехал из Царицына. В декабре 1718 г. Астраханским губернатором был назначен молодой 29-летний генерал-адъютант Петра I, Артемий Петрович Волынский, оставивший этот пост 21 февраля 1722 г.; выехал он из Астрахани льдом Волгою на Царицын и Сараратов: не доезжая верст 10 до Царицына, ночью, лед под санями его проломился, он едва не попал в полынью и был спасен ехавшими за ним на других 5 санях (М. И. Семеновский. «Царица Катерина Алексеевна»). — Прим. А.М. Возвращаясь из Персидского похода. Петр оставил царицынцам свой картуз и трость, причем сказал: «Вот вам трость; как я управлялся ею с друзьями своими, так вы обороняйтесь ею от врагов ваших». Потом, сняв с головы картуз и отдавая его жителям, прибавил: «Как никто не смеет картуз сей снятье с головы моей, так никто не смеет вас из Царицына выводить». Картуз этот, теперь сильно изъеден молью, простого сермяжного сукна шапка с откладным козырьком и наушниками; трост ь - простая деревянная палка с сучком, покрытая корой, длиной 2 аршина 4 вершков, толщиной от 1/4 до 3/4 вершков, весом 7 фунтов. Веши эти хранятся в Царицынской Думе в стеклянном шкафе и при них записка с вышесказанными словами Петра I.

В 1728 г. Саратов был отделен от Астраханской губернии, по случаю опасной болезни (морового поветрия) в последней и подчинен Казанской и Симбирской провинциям. По этому случаю в Царицыне учрежден был строжайший карантин и в нем выдерживали проезжающих 12 недель; комендантом Царицына был Кольцов. В 1728 г. Царицын сильно пострадал от пожара (такие же пожары были в 1791 и 1793 гг.). В 1730 г. образован был особый отряд войска для сыска воров и разбойников. В 1731 г., для большей безопасности края, правительство вызывало всех кто пожелает селиться по Царицынской линии, но охотников нашлось мало, почему между Царицыном и Камышином стали с 1732 г. селить Донских казаков, получивших название Волжского казачьего войска (см. это слово), часть которых поселена в Царицыне. В 1732 г. Саратов снова причислен к Астраханской губернии. В 1736 г. фельдмаршал Миних, в бытность свою в Царицыне, доносит военной коллегии, что в Царицынской крепости больверки и стены еще недокончены, за недостатком инженеров. 1736 и 1737 гг. переселяли малороссов из Харьковской и Полтавской губерний в Саратовский край. В 1741 г., для прекращения волнений среди калмыков, послан был Императрицей, сначала в Саратов, а затем назначен губернатором в Астрахани, тайный советник Татищев (известный историк). В 1745 г. по Волге, от Твери до Астрахани, расставлены были, в известных расстояниях, войска, назначенные для преследования разбойников. В 1749 г. открыто в Саратове соляное правление, переведенное из Самары.

Бегство крестьян и раскольников в первой половине XVIII ст. было особенно сильно, масса беглецов шла на Волгу; в 1757 г. за Волгой устроены были землянки и, поселившиеся там, беглые объявили, что будут принимать у себя всяких прихожих людей; между крестьянами был пущен слух, что в Царицыне и Камышине велено принимать всех беглых для приписки к казенному шелковому заводу, что для принятия беглых определен майор Парабуч, и крестьяне шли туда. Указом Сената 13 января 1758 г. разъяснялась ложность этого слуха. Ахтубинский казенный шелковый завод принадлежал к Царицынскому округу, он был основан Петром Великим (Высочайшее повеление 1720 г. (Полное собр. Рос. законов). Полагают, что тутовые деревья были здесь раньше. — Прим. А. М.) на р. Ахтубе (лев. рукаве Волги); шелковичные черви привезены были из Персии, а тутовые деревья из Астрахани; для этого завода поселены были крестьяне, известные под им. «безродных», потому что при первой подушной переписи родства своего не объявили (Саратовский Листок 1878 г., № 44 и 54). На левом берегу Ахтубы, Царевского уезда, Астраханской губернии, до сих пор существует, верстах в 8 от Волги, с. Безродное, но шелкового завода уже нет. В 1762 и 1763 гг. последовало приглашение Императрицей Екатериной II иностранцев селиться в России, и в 1765 г. основана колония Сарепта. Проехал в мае 1765 г. из Астрахани, в Саратов и обратно, сухим путем епископ Астраханский Мефодий. В том же году производилось межевание в Саратовском крае. В 1769 г. образована Саратовская провинция. В этом же году посетили Саратовский край, с научными целями, академики Иван Лепехин и Фальк. В 1770 г. учреждены в Царицыне гражданские управления, с подчинением власти Астраханскому губернатору. В 1771 г. бежали из Астраханской губернии калмыки.

Все XVIII столетие разбои и грабежи на Волге продолжались в огромных размерах, несмотря на меры, принимаемые правительством. В 1770 г. плыл по Волге офицер Томского пехотного полка Кретов; верст 60 ниже Царицына, на Поповицком приверхе, его встретили, плывшие снизу, более 20 разбойников, напали на его судно, которое ограбили, а Кретова избили. В 1770 г. комендантом г. Царицыне был полковник Дебонберг, а с 1772 г. храбрый Цыплетев. В 1772 г. пойман был капитаном Куткиным в Качалине (на Дону), разбойничавший на Волге, атаман Иванов, есаул Юдин и несколько человек из их шайки, которые приведены в Царицын, посажены под караул, но Иванов бежал. 1 апреля 1772 г. доставлен был в Царицын Федот Иванов Богомолов, выдавший себя за Государя Петра III, и Долотин, назвавшийся государственным секретарем; их посадили под караул, но когда пошли слухи, что замышляют освободить самозванца, то их перевели на гауптвахту, куда взят и священник Царицынского собора Никифор Григорьев (Леопольдов передает, что один царицынский соборный священник 4 раза был у самозванца, приносил ему просфоры и всегда говорил с ним тайно; священника посадили под арест. — Прим. А. М). 25 июня 1772 г. народ и артиллеристы толпами собрались у волжского взвоза на Спасском мосту и около гауптвахты, разломали базарные шалаши; с кольями, шестами и поленьями вся масса двинулась к гауптвахте, где сидели арестованные. Комендант Цыплетев велел стрелять и лично бросился с майорами Анненковым, Титовым, инженер-поручиком Мухановым и купеческим депутатом Оловянишниковым, в толпу. В пылу схватки, Цыплетев получил несколько сильных ударов в спину и руку, которой потом долго не мог владеть. Народ разбежался. 26 июня, до рассвета, вывезли Богомолова и Долотина тайно из Царицына в Черный Яр. Началось следствие и суд. В числе привлеченных к делу была жена капрала Васильева, Авдотья Яковлева, за «непристойные разговоры о самозванце», и была наказана публично, с барабанным боем, плетьми, а затем подрезав ей платье, выгнали через профосов метлами за город. Гарнизон в Царицын был переменен. 31 декабря 1772 г., замешанным в деле Богомолова, 8-ми канонирам и барабанщику Лобанову дано по 12000 ударов шпиц-рутенами и сослали в Тобольск. Распопа Никифора Григорьева и др. подвергли тоже наказаниям. Самозванца Богомолова привезли из Черного Яра в Царицын, наказали публично, в виду всего народа, кнутом, вырезали ноздри, поставили на лице позорные клейма и приковали в погребе к стенной цепи; потом ночью посадили на судно и отправили в Сибирь на каторгу. Дорогой он умер. (Д. Л. Мордовцев, 1867 г., «Самозванцы»), В 1773 г. была взята около Царицына воровская шайка речных разбойников в 60 человек; затем, еще в том же году, образовалась новая, более 100 человек, имевшая свой стан, в 10 верстах ниже Сарепты, на одном из Волжских островов; она владела между прочим шлюпками и пушками. (Клаус«наши колонии»). В 1773 г. Царицын был воеводским городом и в нем управлял воевода, кроме того, был комендант, заведовавший военной частью. В том же 1773 г. стали ходить в народе слухи о новом самозванце — казаке Пугачеве, усиливающемся со своею партией ок. Уфы и Оренбурга.

Настал бедственный для Поволжья 1774 г. со страшной Пугачевщиной. Царицын считался тогда самою лучшею крепостью в здешнем крае (говорит Леопольдов), где кроме гарнизона, всегда были в готовности к бою казаки Донские и Волжские. От Царицына до Саратова, по обоим берегам Волги разъезжал конный дозор. Астраханским губернатором, которому был подчинен Царицын, в то время был Кречетников. После взятия Камышина, Пугачев разбил на р. Пролейке, 16 августа, майора Дина и калмыков; 19-го (по Леопольдову) он выступил из Дубовки; 20-го на р. Пичуге бежали Донцы. В это время (как говорит Леопольдов, по другим же источникам позже, когда Пугачев прошел уже Царицын) шли, кроме главных толпищ Пугачева, степью боковые его шайки, по их на пути тревожили Донские казаки походного атамана Абросима Луковкина, рассеявшего одну из этих шаек; также Иловайского — разбившего шайку при р. Мечетной, и артиллерийского майора Харитонова, отбившего у них на речке Лозной часть обоза с лошадьми и разными припасами. Комендант г. Царицына Иван Еремеевич Цыплетев (впоследствии Саратовский вице-губернатор), видя невозможность оборонить Царицынско-Донскую сторожевую линию, приказал по неимению подвод для доставления с ней всей артиллерии в Царицыне, испортить по ней в крепостях и форпостах орудия и зарыть их в землю, а снаряды уничтожить; тоже сделано с форпостами ниже Царицына к Черному Яру, с которых пушки и снаряды успели свезти в Царицын. К Пугачеву, в это время, пристало до 3000 калмыков и под городом 6 Донских казачьих полков, начальники которых бежали в Царицын. Войска у Цыплетева было немного; прибывший из Саратова, взятого Пугачевым, комендант полковник Ив. К. Бошняк 14 августа привел с собою лишь 35 человек, не имея ни одного заряда; между тем в Царицыне содержалось в то время до 900 пленных турок, требовавших присмотра. Царицын был открыт только с Волги, со всех же прочих сторон укреплен высоким и толстым валом и глубоким рвом. За оправку царицынских укреплений принялись купцы, мещане, бобыли, вновь приписанные малороссы, поляки. Пушек в городе было 63. Суда, находившиеся близ города на пристани, спущены были ниже. Пугачев подступил к г. Царицыну 21 августа в 2 часа дня. Дело было жаркое; канонада с крепости продолжалась 5 часов и выпущено до 600 снарядов. Батареи Пугачева действовали неудачно, 6 из них были сбиты крепостными орудиями. К вечеру пальба умолкла, и Пугачев отступил от Царицына в предместье, было сожжено и сломано до 50 домов. Два следующих дня тянулась мимо Царицына по Волге нестройная флотилия самозванца, по которой стрелял из пушек, командовавший береговой батареей, Ильин. Неутомимыми помощниками храброго Цыплетева при обороне Царицына были: Елчин, Харков, Ушаков, Янцов, Власов, Свербеев и Фатьянов. Леопольдов (Исторический очерк Саратовского края, 1848 г.) так рассказывает об осаде Царицына: «21 августа Пугачев приступил к Царицыну, построил перед крепостью несколько батарей и начат осаду города. С крепости началась сильная пальба из пушек, единорогов и мортир с ядрами разных калибров, десяти фунтовых и пудовыми бомбами, а всего больше из 6 и 12-фунтовых пушек. Шесть батарей мятежнических сбито; суда и лодки Пугачевские, плывшие по Волге, тоже не были пропущены мимо Царицына: их разбивали из пушек картечью и ядрами, с береговой батареи, и люди тонули в Волге. Вообще войска находившиеся в Царицыне, действовали с примерною храбростью. Таким образом, царицынцы не впустили неприятеля в город. Он хотел было близ города перейти через вал, протягивающийся до Дона, но и тут не пустили его. Пугачев протянулся вдоль его и ночевал верстах в 10, близ нынешнего селения Городища. Здесь 1100 Донских казаков и Дербетские калмыки перешли к нему; последние грабили русских, убивали их и угоняли у них скот. Столь важная измена произведенная казаками, поколебала умы и тех, кои оставались еще верным своему долгу и присяге. Казаки Донские положили между собою разведать: точно ли это император Петр Федорович? Для того прислали сюда стариков, которые видывали и знали покойного государя; прибыв в станицу Пугачева, они притворно вызывались служить ему и составить полки. Пугачев принял их ласково, хвалил усердие и отпустил. Казаки уверили своих, что это не царь, а самозванец; после этого полки казацкие придвинулись к валу и не пропускали через него Пугачева. Видя подлог, самозванец сильно озлобился и на другой день опять приступил к Царицыну, но опять был отражен, успевши только сожечь форштадт и соляные амбары. Потом он силою ворвался сквозь вал, близ с. Городища (место это видно и до селе). Донцы с разных сторон нападали на его партию, отбили часть обоза и несколько пушек. Пугачев пошел в геригутскую колонию Сарепту, где отдыхал двое суток». На другой день нападения Пугачева на Царицын, в город прибыл неутомимый Михельсон, гнавшийся за Пугачевым; отряды его были изнурены той быстротой, с которой неслись за самозванцем, но Михельсон не останавливался в Царицыне; бросив там негодные пушки и заменив их новыми, он просил Цыплетева заготовить ему фураж и провиант и отправить его по Волге, сам же тотчас бросился по дороге, по которой накануне прошел Пугачев и нагнал его в ночь с 24 на 25 августа в 40 верстах от Царицына у Соленниковой ватаги, где 25-го разбил на голову его полчища, отбив 9 пушек, 4 единорога, 1 полевую мортиру и весь обоз, где находилось много дворян и дворянских девушек, захваченных злодеем, которых он и препроводил к царицынскому коменданту Цыплетеву. Сам Пугачев, с 20 близкими ему казаками, переплыл через Волгу на лодке и ушел в луговую сторону, где через 20 дней был схвачен своими приближенными близ с. Александрова Гая и отвезен в Яик. 1 сентября прибыл в Царицын Суворов, для поимки, разбитого уже Михельсоном, самозванца. Почти одновременно собрались сюда Михельсон, граф Медлин, Муфель и генерал Мансуров. Жители города Царицына были свидетелями наказания всех уличенных в соумышленности с самозванцем; еще 31 августа казнили здесь 3-х донских казаков: Колесникова, Копеичкина и Мордвинова; дворовых людей Васигина и Рогова — повесили, многих секли кнутом и плетьми. Михельсон, на другой день после битвы 25 августа, отослал в Царицын целые толпы пленных, дворян, «дворянских девиц», лишнюю артиллерию и взятые у Пугачева пушки. Все начало стягиваться к Царицыну. Город переполнился народом, войсками, ранеными, больными, ограбленными. Один Михельсон пригнал в Царицын около 9000 человек и каждому из них надо было выдавать кормовых 2 копейки в день. Все обращалось к Цыплетеву. Начался голод; ни людям, ни лошадям есть ничего; народ питался желудями. Боялись возмущения в городе и отобрали у пленных все оружие до последнего ножа. Школьники играли на улицах, разбросанными во время канонады, ядрами; собаки таскали трупы умерших и засеченных. Каждый день в городе казни, экзекуции, гонка сквозь строй пойманных с оружием или беглых солдат. Всякого сболтнувшего в пьяном виде, гоняли сквозь строй или вешали. Из Царицына ежедневно отправляли партии пугачевцев по 100 и по 200 человек, связанных канатами, как своры собак, по разным дорогам.

После пугачевского бунта, 80 тысяч войска охраняли приволжскую страну; учреждены были пункты в Саратове и Царицыне, из коих наблюдали военные команды: из первого делали разъезды вверх до Симбирска и вниз до Дубовки, из второго — от Дубовки до Черного Яра. В 1774 г. экспедиция астрономов Ловица и Иноходцева, определявших долготу и широту Камышина и Царицына, производила свои наблюдения в степях нижней Волги, в самый разгар Пугачевщины. Академик Фальк (записки т. VI) говорит, что Ловиц был захвачен пугачевцами в с. Нижней Добринке, Камышинского уезда, и посажен на кол. Леопольдов (Исторический очерк Саратовского края, 1848 г.) рассказывает это иначе: Пугачев, следуя от Царицына по правому берегу Волги к Черному Яру, встретил на пути астронома Левина, занимавшегося нивелированием между Доном и Волгою и велел повесить его; сопутник Ловица молодой Иноходцев, едва спасся, но не мог сохранить бумаг и нарядов. Г-н Юдин своем очерке «Пугачевщина в понизовии» (Саратовский Листок 1898 г. № 237) отчасти иначе рассказывает приступ Пугачева к Царицыну: 21 августа самозванец был уже под стенами Царицына. Комендантом в нем был тогда храбрый и деятельный полковник Цыплетев. Несмотря на то, что город был хорошо укреплен и снабжен значительным гарнизоном, дух измены и непослушания господствовали здесь как в горожанах, так и в солдатах. Хотя комендант и офицеры стойко держались против мятежников. однако, после двух дней штурма, принуждены были сдать город (Надо полагать, что г-н Юдин говорит о той части города, которая была вне стен крепости и которую другие писатели называют форштадтом или предместьем (сравни: Леопольдов Исторический очерк Саратовского края, 1848 г ; Пушкина А. История Пугачева бунта; Дмитриев-Мамонов // Чтения в Императорском Обществе Истории и древностей России, 1898 г. и других писателей). — Прим. А. М.) противнику. В Царицыне было убито и повешено по словам г-на Юдина. 12 офицеров (Из приводимого списка убитых видно, что в том числе помещены павшие в сражении с злодеем при речке Пролейке (см. это слово), как — секунд майор первой легкой полевой команды барон фон-Диц. — Прим А. М.), 35 егерей, драгун и проч. людей, безвестно пропали 2 малороссиянина и 1 «женка». Сожжено 12 соляных амбаров и в них овса 165 четвертей и соли на 13 420 руб. 72 коп.; батальонные госпитали, построенные от купечества в 6-ти покоях, с банею, кухнею, погребом и погребицею (всего 10 домов); конюшни, выстроенные магистратом для казенных лошадей, с 2-мя амбарами (4 строения), поварня и пр. сломаны и разрушены. Питейный Грачевский дом предан пламени, находившееся в нем пиво, мед и вино выпиты и расхищены. Обывательских домов сожжено — 60, расхищено у жителей (офицеров, дворян, солдат, казаков, купцов, цеховых, бобылей, малороссиян и поляков) разного добра более чем на 50 000 руб., причем был пограблен и церковный причт. Что касается до академика Георга Ловица, то г-н Юдин утверждает, что он был убит Пугачевым в г. Дмитриевске (Камышине), при взятии им этого города 14 августа 1774 г.

После пугачевщины разбои в Поволжье еще не прекращались: 9 октября 1775 г. привезены были в Царицын, по приказанию Цыпетелева, пойманные в Дубовке, разбойники Кулага и сю товарищ Тарабарин, отправленные 13 октября в Астрахань. В 1775 г. на Волге явился разбойничий атаман Заметаев (Метелкин тож); из Царицына были отправлены разъездные лодки по Волге, и в город присланы два эскадрона гусар и пикинер из отряда майора Соловьева. 25 июня (по Леопольдову 28 июля) того года Заметаев был, однако, пойман на Дону казаками Кумшацкой станицы (он назвался Запрометовым), закован в железа и с товарищами отправлен в Черкасск, а оттуда 19 июля, за крепким караулом, при большом конвое из казаков с есаулом Суворовым — в Царицын, в комендантскую канцелярию, где разбойников, закованных в ручные и ножные кандалы, рассадили по разным комнатам, а Заметаева приковали к стене, приставив к ним караул из гусар. Указом Сената 3 сентября 1775 г. велено Заметаева жестоко бить кнутом повсеместно, где он был со своей шайкой, поставить на лице позорные знаки и сослать в Нерчинск на вечную каторгу. 19 сентября на Царицынской площади дали Заметаеву 70 ударов кнутом, товарищам его по 50 и отправили за сильным конвоем в Саратов. В конце 1775 г. в Царицын привезен разбойничий атаман Филиппов с товарищами; около того же времени провезены через Царицын еще разбойники: Свирид Тарелкин, Данилин, Будужанов и другие. Верстах в 5 выше Царицына лежит на Волге остров Денежный, к которому часто приставали разбойники, так как место в его приверхе, где он делит Волгу на два рукава, было удобное для наблюдения за идущими вниз судами. В 1775 г. весь край, разоренный пугачевщиной. пострадал от голода, лишившись всех запасов; народ не имел хлеба и гиб тысячами. В 1776 г. упразднена Царицынская сторожевая линия и начато переселение Волжских казаков на линию между Моздоком и Азовом. В 1779 г. последовали указы Императрицы Екатерины II о разрешении раскольникам вернуться из заграницы в Россию и что им «притеснения чинено не будет, как в бритье бороды, так и в ношении сказанного платья...»; им дано было право записываться в гос. крестьяне и в купечество. Благодаря этим указам, «из-за рубежа», с границ - польской, австрийской и турецкой, потянулись тысячи раскольников на привольную тогда Волгу, на Иргизы, в города Саратов, Вольск, Хвалынск, Дубовку, Царицын и Астрахань. (Статистические сведения Ф. С. Шиманского, 1890 г.).

В марте 1780 г. привезен был в Царицын самозванец, называвшийся Пугачевым или императором Петром Федоровичем, Донской казак Михайловской станицы Максим Ханин с его сообщниками. Комендантом все еще был известный Цыплетев. 3 апреля Ханина и товарищей его пытали, а 8-го вывезли из Царицына за конвоем на суд в Саратов. Он был сослан в каторгу. В 1780 и 1781 г.г. содержались в Царицыне разбойники: Рыжий, Шагала, Збойков и др. (см. Пичуга р.). 7 ноября 1780 г. состоялся указ Императрицы Екатерины II об открытии Саратовского наместничества. 3 февраля 1781 г. состоялось торжественное его открытие; Саратовское наместничество осталось в ведении Астраханской епархии: Камышин сделан уездным городом Саратовского наместничества, но Царицын остался в ведении Астраханской губернии, губернатором которой был генерал-поручик Якоби. 28 ноября 1781 г. вышел высочайший указ об устройстве почт между городами Поволжья; указ этот был повторен 28 января 1782 г. 2 апреля 1782 г. велено отделить от Астраханской губернии, как слишком обширной, города — Царицын с Ахтубинским шелковым заводом (Интересные сведения об Ахтубинском шелководстве дает нам Леопольдов (Исторический очерк Саратовского края, 1848 г.; стр. 70-81). — Прим. А.М.) и Черный Яр и присоединить их к вновь образованному с 1781 г. Саратовскому наместничеству. До 4-й ревизии 1783 г. в г. Царицыне записалось в купцы 5 человек, в том числе 2 однодворца, вышедших из-за границы и 3-е из бобылей и поляков; при самой же ревизии 1783 г. записалось 26 человек исключительно из бобылей и поляков. Царицын был опустошен «великими» пожарами в октябре 1791 г. (продолжался 4 часа) и в сентябре 1793 г. В 1794 г. Царицынские дачи были ограничены комиссией под наблюдением генерала Бердяева: поставлены столбы, многие урочища отрезаны и перешли в казну и к частным лицам. Указом Павла I, 12 декабря 1796 года уничтожена Саратовская губерния, вновь восстановленная в 1797 г. По высочайшему указу 5 марта 1797 г. город Царицын был отчислен от Саратовской губернии к Астраханской, но ненадолго. В 1797 г. усиливаются разбои на Волге близ Камышина и Царицына. В том же году производится генеральное межевание в Саратовском крае. В 1798 г. Царицын сделан вновь уездным городом Саратовской губернии, причем комендант переименован в городничего (1799 г.). В 1799 г. открыта Саратовско-Пензенская епархия. В 1801 г., когда калмыки прикочевали в Саратовские степи, то кочевья их примкнули к Царицыну. В 1802 г., по вызову вольно-экономического общества, майор Дьяченков сделал описание Царицынского уезда. В 1804 г. Волжские казаки причислены к составу Астраханского казачьего войска. В 1806 г. произведено было разграничение Саратовской губернии от Астраханской, причем, так как в Саратове находилось соляное управление, то к Саратовской губернии причислены все деревни и села, занимавшиеся перевозкой соли, а селения за Сарептой, состоящие из кочевых калмыков, к Астрахани, где было их управление.

ЧАСТЬ 2

Категория: Царицын и уезд | Добавил: shels-1 (24.04.2011)
Просмотров: 230 | Рейтинг: 0.0/0


Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]